Искать истину в православии и потерпеть неудачу?

Искать истину в православии и потерпеть неудачу?

«Церковь учит тому, что Предание — неотъемлемая часть понимания Писания и установления истинного знания, поэтому преступающий к изучению православия неофит может думать, что святые отцы в своих трудах изложили истину в последней инстанции, любое их изречение было открыто Богом, и поэтому мы должны верить им, как Ему самому, а все противоречия являются только кажущимися, поскольку мы еще не вполне можем вникнуть в глубины данного святым Откровения, и узреть его во всей полноте. При дальнейшем исследовании неофит чаще всего понимает, что такая позиция никак не может быть истинной, поскольку в ряде вопросов святые отцы не только противоречат, но и высказывают откровенно еретические учения (см. напр. раздел «Гетероксия в творениях святых отцов навигации группы), вступают в открытое противостояние друг с другом, не говоря уже о том, что буквальное следование всему Преданию целиком может привести к таким забавным для современного человека вещам, как вера в твердое небо или плавучую землю (см. заметки про «террааквизм» и «твердонебизм» по навигации группы). Впрочем, оказывается, что и на это Предание дает свои ответы. Так, чаще всего в этом случае его защитники цитируют слова прп. Варсонуфия:

«Святые, сделавшись учителями, или сами собою, или принуждаемые к тому другими людьми, весьма преуспели, превзошли своих учителей и, получив утверждение свыше, изложили новое учение, но вместе с тем сохранили и то, что приняли от прежних учителей своих, т. е. учение неправое. Преуспев впоследствии и сделавшись учителями духовными, они не помолились Богу, чтобы Он открыл им относительно первых их учителей: Духом ли Святым внушено было то, что они им преподали, но, почитая их премудрыми и разумными, не исследовали их слов; и таким образом мнения учителей их перемешались с их собственным учением, и святые сии говорили иногда то, чему научились от своих учителей, иногда же то, что здраво постигали собственным умом; впоследствии же и те и другие слова приписаны были им»[1].

Однако в данном случае возникает закономерный вопрос: не слишком ли часто святые отцы не молились Богу о том, чтобы Он открыл им что-то, о чем они писали. Со стороны блаженного Августина было бы весьма и весьма безрассудно начинать писать книгу «О Троице», где он подробнейшим образом изложил учение о Филиокве, вошедшее впоследствии в католическую доктрину как догмат, предварительно не помолившись о вразумлении. Таким случаев можно привести великое множество, закончив, к примеру, старцем Паисием, который написал книгу против электронных паспортов, переняв его от своего «предшествующего учителя» в этом вопросе, — пятидесятницы Мэри Рэлф, чьей книгой он вдохновился (опять же, не лишним было бы помолиться, прежде чем поверить ей). Количество противоречий в трудах святых отцов столь громадно, что поневоле начинаешь думать, что многие из них молились о том, чтобы Бог им что-то открывал крайне редко, либо же, Он не делал этого, несмотря на то, что они молились.

Еще одним не менее распространенным критерием истинности Предания являются деяния Вселенских соборов, которые по вере православных не могли ошибаться и являлись «гласом Духа Святаго». В этом случае также возникает ряд трудных для ответа вопросов, например, каким именно образом определяется истинность или ложность того или иного собора? Если «православием его учения», тогда где критерий этого «православия», ведь все, даже святые отцы, могли иметь разные точки зрения на то, что есть «православно». Если «последующей рецепцией всей Церкви», то как определяется, что на земле есть «вся Церковь» — большинство ли поместных церквей? Но тогда получается, что Бог открывает истину через проголосовавшее «за» большинство. Если бы это было так, то не было бы разбойничьих соборов, где большинство канонически-православных епископов также голосовало «за» ту или иную ересь. К тому же, в истории Церкви были такие вехи, как период после Никейского собора, когда почти все епископские кафедры захватили ариане, что показывает, что большинство епископов не может считаться по определению православным.

При изучении истории Церкви вовсе не складывается ощущения того, что отцы соборов и борцы за православие полагались только на волю Божию. В утверждении православия наличествовала и чреда обычных интриг, стремление к власти, и даже убийства противников — вещи, сопровождавшие человечество на протяжении всей истории (подробнее см. в разделе «Православная инквизиция» навигации группы). Так, свт. Кириллу Александрийскому для того, чтобы «помочь Богу» сохранить православие церкви, необходимо было, по выражению проф. Болотова, «посылать в Константинополь взятки за взятками»[2]. Это далеко не единственный случай подобного рода поведения святых отцов. Объяснить его можно тем, что, поскольку победа или поражение той или иной церковной партии определялась волей светских властей, им нужно было сделать все, чтобы достичь их расположения. Интересно, впрочем, почему же истина должна устанавливаться именно таким образом? Сказал ли где-нибудь Христос, что «аще кто хочет узнать правое учение обо Мне и Отце моем, да пойдет к кесарю и спросит у него», или «прав да будет тот, кто больше заплатит», и Ему ли принадлежит изречение о том, что «цель оправдывает средства»?

Об отсутствии ответов на эти и другие вопросы говорит печальное настоящее православной экклессиологии, когда до сих пор непонятен статус прошедшего Всеправославного собора: тогда как Константинополь решительно заявил, что все его решения должны считаться обязательными для всех поместных церквей, даже тех, кто на него не явился, антиохийский синод постановил, что собор вообще не имеет статус Всеправославного, и его решения не имеют никакой силы[3]. Примечателен используемый ими аргумент о том, что «соборным» не должно считаться собрание, в котором не принимают участие «все православные автокефальные церкви». Проблема в том, что, если взять за основу этот критерий, «соборным» не может считаться ни один Вселенский собор, поскольку в них также принимали участие далеко не все автокефальные церкви. Сегодня, когда на дворе 2016 год, православные не готовы назвать четкие объективные критерии истинности или ложности проводимого ими собора, не подорвав при этом авторитет соборов предшествующих, как это сделал синод Антиохии.

Таким образом, остается лишь глубоко вздохнуть и сказать: «это все не так важно, главное, что мы должны верить и доверять Богу», ведь мы имеем духовный опыт в таинствах и молитве, значит с нами Бог, и Он открывает нам истину. Но можем ли мы быть уверенными на 100%, что духовный опыт имеют только православные, а все остальные подпадают под действие дьявольской прелести, и какие есть объективные доказательства этого? Если духовный опыт богообщения получают и представители иных конфессий, как думают они сами, то почему у них должно быть меньше поводов верить своим учителям и отцам, чем у нас. Выходит, что в основе всего стоит слепая вера: вера в то, что мы правы, а все остальные в прелести, вера в то, что только мы общаемся с Богом, а другие и дьяволом и т.п. Многих устраивает этот ответ, но отчего-то я сомневаюсь, что все так просто».

1. http://azbyka.ru/otechnik/Varsonofij_Ioann/otvety/610
2. http://www.verapravoslavnaya.ru/?Bolotov_Lekcii_po_is..
3. https://vk.com/sacredtexts?w=wall-111677185_8073

Автор: Алексей Макаров

Добавить комментарий

Ваш адрес email не будет опубликован.